3 февр. 2012 г.

Итальянский живописец Бронзино Анджело

Бронзино Анджело
(1503–1572)
Бронзино Анджело или Аньоло (1503–1572), итальянский живописец флорентийской школы.
Родился 17 ноября 1503 в Монтичелли близ Флоренции. Бронзино был учеником и помощником Якопо Понтормо.
С 1540 придворный художник флорентийского герцога Козимо I Медичи.
Виртуозные по исполнению портреты Анджело Бронзино принадлежат к числу самых ярких страниц искусства зрелого маньеризма.
Бесстрастие, надменная замкнутость, статуарность портретов Бронзино тесно связаны с их парадно-официальным характером и в то же время свидетельствуют о нарастающем равнодушии мастера к человеку. Недаром во многих его портретах блестяще, с натуралистической иллюзорностью выписанные аксессуары привлекают более пристальное внимание художника и становятся более выразительными, чем лицо
 Картины Бронзино отличаются тщательностью исполнения и аристократической сдержанностью образов. Многие из его моделей – члены семейства Медичи, придворным художником которого он был с 1540 года. Умер Бронзино во Флоренции 23 ноября 1572 года.

Портрет Биа Медичи, дочери Козимо I

1542. Галерея Уффици, Флоренция.
 Сороковые годы 16 века, знаменующие начало следующего этапа феодально-католической реакции в Италии, отмечены стабилизацией в итальянских государствах феодально-монархического режима и активизацией деятельности папского Рима, который возглавляет организованное наступление правящих кругов на все ренессансное наследие в политической и духовной жизни страны. 
Папа Павел III Фарнезе вводит церковную цензуру, восстанавливает деятельность инквизиции; в конце 1530-х годов возникает орден иезуитов, который становится авангардом католической реакции. Она достигает своего апогея в 50—70-е годы, когда церковь, опираясь на инквизицию, становится на путь массового террора в борьбе со всеми прогрессивными силами общества. 
 
Господствующими жанрами в живописи становятся парадный портрет. Бронзино, будучи с 1539 года придворным художником, пишет портреты членов семьи Медичи, приближенных высокопоставленных особ, верхушку аристократии. Портрет дочери Козимо Первого, написанный в 1542 году, поражает неподдельной искренностью, чистотой восприятия окружающего мира и трогательной нежностью юной принцессы. Художник создал редкий для того времени, тонкий по восприятию психологический образ девочки-подростка.

Элеонора Толедская с сыном Джованни ди Медичи

1544-1545. Галерея Уффици, Флоренция.
 
 Тип официального парадного портрета окончательно складывается в творчестве Бронзино в 1540-е годы. В многочисленных портретах 1540—1550-х годов исчезает оттенок тревожной неуверенности, усиливается внешняя репрезентативность и эффектность. Стремясь подчеркнуть дистанцию между зрителем и портретным образом, художник избегает теперь намека на живые человеческие чувства и черты характера, прячет их под маской чопорной надменности, ледяного бесстрастия. 
В  знаменитом портрете супруги Козимо Первого Элеоноры Толедской с сыном, флорентийская герцогиня восседает с торжественной неподвижностью идола. 

Лукреция Панчиатики

1540. Галерея Уффици, Флоренция.
 Мастер маньеризма, Бронзино умеет великолепно построить импозантную композицию, ввести аксессуары, подчеркивающие сословное положение модели, придать своим героям высокомерную небрежность, утонченный аристократизм и — при всей идеализации — сохранить убедительное портретное сходство. 
Но в портретах итальянского художника отчетливо сказывается и воздействие жестких требований придворной культуры, ограничившей задачу портретиста запечатлением официально-парадного облика человека, его сословного величия. 
 
Портрет Лукреции Панчиатики написан в 1540 году; представленная на фоне ниши Лукреция, неестественно выпрямившаяся, смотрящая прямо перед собой неподвижным, остановившимся взглядом, кажется застывшим изваянием. 
 Поверхность лица Лукреции, написанная в слитной эмалевой манере, кажется неестественно гладкой, по тону она светлее жемчужного ожерелья и имеет сходство со слоновой костью, резко и жестко промоделированные складки рубиново-красного шелкового платья кажутся изваянными из камня, волосы приобретают металлический отсвет.

Портрет Уголино Мартелли

1538. Государственный музей, Берлин.
 Замкнутость, изолированность от действительности увеличивается в конце 1530-х — начале 1540-х годов. Так, в портрете Уголино Мартелли художник подчеркивает нарочитую надменность позы и осанки юноши, эффектность нервной, острой линии силуэта, изысканность жестов тонких холеных рук, придает его некрасивому лицу непроницаемость, скучающе-презрительное выражение и тем сообщает образу не только утонченный аристократизм, но и оттенок холодной неприступности.

Аллегория триумфа Венеры

1540-1545. Национальная галерея. Лондон.
 Картина Анджело Бронзино «Аллегория триумфа Венеры». 
Венера тянется за поцелуем к Купидону, ласкающему ее грудь. Бородатый Сатурн раздвигает занавес над этой сценой. Ревность сжимает руками голову, а сверху на все это смотрит фигура в маске. Девушка с телом зверя держит в одной руке соты, в другой - свой хвост, заканчивающийся жалом. Холодный свет, окутывающий эту странную сцену, и сглаженная красочная поверхность картины составляют характерные черты стиля художника. Его композициям свойственна также преувеличенная экспрессия, позы его персонажей переусложнены, их движения напряжены. Произведение Бронзино - замечательный пример маньеристического искусства.

Аллегория Счастья

1564. Галерея Уффици, Флоренция.
 Картина Анджело Бронзино «Аллегория Счастья». 
Иносказательным языком искусства раскрывает художник многогранность такого понятия, как счастье. Восседающая на троне молодая женщина, символизирующая счастье в центре картины в одной руке держит рог изобилия, в другой - кадуцей, являющийся знаком Гермеса, символом удачи в торговле, приносящий богатство и благополучие. Слава также в широком понимании является синонимом счастья или его неотъемлемой составляющей; в верхней части картины один ангел держит лавровый венец победителя над головой, второй в прямом смысле "трубит Славу". Спокойно и доброжелательно взирает на все это Фортуна, придерживающая свое колесо - не обошлось и без ее участия. Двуликая фигура слева напоминает о переменчивости судьбы, а справа женщина-воительница держит наготове меч, дабы охранять и защищать завоеванное счастье. У ног аллегорической фигуры ползают в бессильной ярости олицетворяющие зло мерзкие существа, лежит пораженный враг; коленопреклоненный человек, символизирует одну из главных составляющих счастья - полновластие, всеобщее признание и поклонение.

Портрет Данте

1538. Государственный музей, Берлин.
 Аллегорический портрет Данте написан спустя много лет после его смерти и является символическим образом поэзии. Стилизованный портрет величайшего поэта целой эпохи написана гротескно и выразительно. Как и положено аллегорическому образу, он неоднозначен. Отличительной чертой многих работ Бронзино является смысловая емкость: чем дольше смотришь на картину, тем больше раскрывается перед нами обозначенная, казалось бы, в незначительных деталях историческая панорама. Убегающая за горизонт река, синие горы вдали дополняют тематическую характеристику поэзии Данте. Как будто из тьмы обращенное к свету лицо поэта вылеплено четко и рельефно, гордый профиль увенчан лавровым венцом славы.

Портрет Андреа Дориа в виде Нептуна

1540-1550. Пинакотека Брера, Милан.
 
 Словно античная скульптура грозного владыки морских глубин предстает перед нами Андреа Дориа, современник художника. Мифологический образ довершает трезубец и скрученный в кольцо толстый канат справа от основной фигуры, немного морской атрибутики. 
О том, что это придворный портрет, напоминает нам лишь фамильная надпись над трезубцем и скучноватое лицо Андреа Дориа. 
 
Андреа Дориа
Генуэзский адмирал и государственный деятель, родился в древней аристократической семье. Он рано осиротел, стал солдатом, служил сначала в охране Папы римского Иннокентия VIII, затем у королей Неаполя Фердинанда I и Альфонса II и разных итальянских принцев. В 1522 году перешёл на службу к французскому королю Франциску I и служил у него в 1522–25 и 1527–28 годы. От него он получил звание генерал-капитана. После истечения срока своего контракта перешёл на службу к императору Карлу V. В звании адмирала он командовал несколькими экспедициями против турок, захватил Корони и Патры, в 1532 году, вместе с императором участвовал в захвате Туниса в 1535 году.
Карл V нашёл в лице Дориа неоценимого помощника в своей борьбе с Франциском I, через него он распространил влияние империи на всю Италию. В 1541 году Дориа участвовал в неудачной военной кампании Карла V в Алжире. Он спас от окончательной гибели армию и флот императора, вопреки его совету предпринявшего поход в Алжир. В течение следующих пяти лет Дориа продолжал служить у императора, участвовал в нескольких войнах.

Портрет Лауры Баттифери

1550-1555. Палаццо Веккио, Флоренция.
 Из блистательной череды аристократических портретов, созданных итальянским мастером, особой изысканностью отличается портрет Лауры: утонченный профиль надменного лица, грациозная шея в тончайших кружевах, холеные длинные пальцы, держащие книгу. 
 Один из лучших портретистов своего времени, Бронзино нередко изображает свои модели в странно неподвижных позах. В его портретах есть какая-то отчужденность, высокомерная замкнутость, которая невольно побуждает зрителя внимательно всматриваться в них

Портрет Стефано Колонна

1546. Национальная галерея античного искусства, Рим.
 Портрет Андреа Дориа и Стефано Колонна, потомка древней итальянской фамилии, игравшей в средневековой истории Рима большую роль и особенно знаменитой постоянными распрями с домом Орсини. 
Родоначальником её считают герцога Стефана, пришедшего из Германии в Италию около 1037 года, который женился на графине Эмилии, владетельнице Палестрины. Потомок герцога (и предок портретируемого) Пиетро делла Колонна получил, по преданию, своё название от колонны Траяна, рядом с которой он жил и владел огромными земельными владениями, в том числе городом Палестриной и неприступными замками. 

Портрет Козимо Первого Медичи в латах

1545. Галерея Уффици, Флоренция.
 Портрете  сильного, волевого, уверенного в себе и в своей непогрешимости человека. 
Именно таким должен быть придворный портрет, написанный придворным художником. Ломаццо пишет: «Благоразумный художник, изображая властителя, должен придать ему благородство и достоинство, если даже на самом деле он не таков». 

Поклонение кресту с бронзовой змеей

1542-1545. Палаццо Веккио, Флоренция.
 Анджело Бронзино «Поклонение кресту с бронзовой змеей». Фреска капеллы Элеоноры Толедской в Палаццо Веккио во Флоренции, стена у входа, деталь.
После 1540 Бронзино выполнил фрески в Палаццо Веккио во Флоренции, одна из них «Поклонение кресту с бронзовой змеей».

Моисей иссекает воду из скалы

1543-1545. Палаццо Веккио, Флоренция.
 Фреска капеллы Элеоноры Толедской в Палаццо Веккио во Флоренции, левая стена, размер  деталь.
Измученные долгими скитаниями по пустыне, страдающие от жары и от жажды, они, наконец-то получили воду. Жадно прильнули пересохшими губами к живительной влаге, черпают плошками и пьют, пьют... 
Таким известный библейский сюжет увидел и запечатлел на фреске в Палаццо Веккио итальянский мастер.
В росписи нет ни манерности, ни экзальтированной восторженности от явленного чуда, только простые, понятные каждому человеку чувства радости и благодарности судьбе за спасение.

Архангел Михаил

1540-1541. Палаццо Веккио, Флоренция.
 Фреска капеллы Элеоноры Толедской в Палаццо Веккио во Флоренции, роспись потолка, размер, деталь.
  Облик Архангела Михаила получился прекрасным и героическим, а образ коварного дьявола - злобным и карикатурным. Палитра, несмотря на эмоциональную напряженность сюжета, выдержана в светлых, голубовато-серых, радостных тонах.

Гирлянда с ангелами

1540-1541. Палаццо Веккио, Флоренция.
 Фреска капеллы Элеоноры Толедской в Палаццо Веккио во Флоренции, орнамент на потолке, размер, деталь. 
Гирлянда с ангелами является основным орнаментом в росписи купола капеллы, она делит на сектора рабочее пространство, заключая сюжетные фрагменты в общую смысловую композицию. С изяществом маньериста щедро заполнил художник изобилием цветов и фруктов свод капеллы, где белые облака пушистыми сугробами громоздятся на голубом небосводе. Изображение не статично, вся композиция подчинена круговому непрерывному движению по принципу карусели, а изображение орла на светло-голубом фоне неба является не только эффектным цветовым акцентом, но и вносит тревожное настроение, едва уловимое ощущение опасности. 

Святое семейство со святой Анной и Иоанном Крестителем

1550. Музей истории искусства, Вена.
  Стремясь подчинить себе духовную жизнь страны, подавить всякий проблеск протеста в народе и кругах прогрессивной интеллигенции, папство, не ограничиваясь террором, вводит целую систему контроля над всеми областями идеологии, издается индекс запрещенных книг, накладывается вето на печатную продукцию. 
Жесткой регламентации подвергается и изобразительное искусство, церковь рьяно насаждает в нем аскетический дух. В такой обстановке жесткого давления на свободу творчества, самовыражения, была написана одна из лучших картин итальянского художника. Одухотворенные лица библейских персонажей светятся добротой и искренней святостью, они близкие, человечные. Особенно поразительно лицо маленького Христа, его взрослые, смотрящие как будто сквозь время, глаза.


Комментариев нет: